Русскоязычный медицинский портал

 

ГЛУХОНЕМОТА


274   -

ГЛУХОНЕМОТА. Содержание:

Виды Г.....................397

Этиология Г...................398

Пат.-анатомические изменения........398

Остатки слуха и расстройства вестибулярного

аппарата при Г................39 9

Диагноз, прогноз и лечение .........4 06

Психологические особенности глухонемых . 407

Методы воспитания глухонемых.......409

Г. с суд.-мед. точки зрения .........418

Виды глухонемоты. Глухонемота, surdomutitas, состояние, при к-ром вследствие врожденного недоразвития слуха или потери его до 7-летнего возраста не развивается или забывается уже изученная членораздельная речь. Для возникновения Г. нет надобности в полной утрате слуховой способности. Степень понижения слуха может быть лишь такова, чтобы изучение речи сделалось невозможным при помощи слуха и без применения вспомогательных средств. По Бецольду (Bezold), для возникновения глухонемоты достаточно, чтобы слух был понижен с детства до 25—50 см для шопота на каждое ухо в отдельности.—-Еще во времена Аристотеля Г. разделяли на 2 формы—врожденную и приобретенную; однако по мере накопления новых данных выяснилось, что подобная классификация представляется недостаточной, так как, с одной стороны, конституциональная глухота может развиться лишь после рождения, а с другой—приобретенная может иметь началом зародышевую жизнь. Вследствие этого появился ряд новых предложений. Гаммершлаг (Hammer-schlag) первый указал на то, что нужно различать Г., обусловленную местными заболеваниями слухового органа, от конституциональной Г. К первой группе относятся все формы приобретенной Г., безразлично, во время внутри- или внеутробной жизни, ко второй относятся эндемическая Г. (Г. кретинов) и спорадические формы. Последние в свою очередь делятся на наследственнодегенеративные формы (браки между кровными родственниками) и сифилитические. Наиболее подходящими можно считать классификации Денкера, Александера и Фишера (Denker, Alexander, Fischer). Они основаны на этиологически-клиническом принципе, а классификация Денкера также отчасти и на анатомическом. Чисто анат. деление в наст, время невозможно в виду сходства пат.-анат. картин конгенитальной и приобретенной Г. Денкер делит Г. на 3 группы: 1) врожденную, или конгенитальную,

2) приобретенную в связи с травмой, полученной во время родового акта, и 3) приобретенную после рождения. Александер и Фишер предлагают различать следующие 3 группы Г.: 1) конституциональное наслед-

ственно-дегенеративное поражение внутреннего уха и n. VIII, 2) индивидуально приобретенную форму и 3) индивидуально приобретенную вследствие интеркурентных заболеваний у субъектов со status degenerativus. Все три группы могут возникнуть внутри-и внеутробно. В дальнейшем однако, в виду укоренившегося обычая, термин «конгени-тальная» будет применяться наряду с термином «конституциональная» Г.

Этиология Г. разнообразна. Уже издавна придавалось значение теллурическим влияниям и неблагоприятным соц. и гиг. условиям. Бесплодные гористые местности с питьевой водой, содержащей неизвестное вредоносное начало, создают эти условия, косвенно влияющие на более частое появление Г. Огромную роль играет наследственность. Влияние ее становится понятным из того факта, что различные пат. состояния могут передаваться от производителей к потомству, если только они содержатся в детер-минантных клетках производителей (в хро-матиновом веществе). По Альбрехту (Albrecht), наследственная передача Г. подчиняется законам Менделя. Она проявляется моногибридно и рецессивно. Поэтому если оба производителя являются рецессивными гомозиготами, то и все потомство будет глухонемым; если же они оба гетерозиготы, то глухонемым будет только 1ji потомства. При браке между гетерозиготом и здоровым Vs потомства будет глухонемой. С точки зрения наследственности становится особенно понятным влияние на Г. браков между кровными родственниками с наследственным отягощением. По Гаммершлагу, на 168 браков с 1 глухонемым потомком приходится кровных браков 14,3%; на 28 браков с 2 глухонемыми потомками—28,57% и на 14 браков с 3 глухонемыми потомками—57,14% кровных браков. Возможность возникновения глухонемого потомства от кровных браков без наследственного отягощения представляется сомнительной. Помимо Г. может передаваться по наследству и конституциональная малоценность слухового органа, вследствие к-рой получается особое предрасположение к возникновению различных ушных заболеваний и неблагоприятное их течение в случае возникновения. По Гаммершлагу, в наследственно обремененных семьях наблюдается передача не только Г., но и отосклероза и прогрессивной лабиринтной тугоухости. К конституциональным причинам нужно отнести также и влияние кретинизма, к-рый сопровождается в большинстве случаев тугоухостью, но нередко также и глухотой и Г. Причиной приобретенной Г. могут быть прежде всего инфекционные б-ни и на первом месте церебро-спинальный менингит (до 38%). Затем идут в нисходящем порядке скарлатина (до 20%), корь (до 8%), тифы, дифтерия, сифилис, свинка, инфлю-епца, коклюш. Из других причин нужно указать на травму вообще и во время родов в частности.

Патолого - анатомические изменения при конституциональной Г. делятся, по Александеру, на 2 большие группы. 1. Первичную конгенитальную аплазию или гипоплазию п. cochlearis, gangl. spiralis и Кортиева органа. 2. Первичное недоразвитие (полное отсутствие или задержка развития) костной капсулы лабиринта или среднего уха со вторичной атрофией n. cochlearis, gangl. spiralis и Кортиева органа. При Г. кретинов находят изменения в среднем ухе со стороны слизистой оболочки, а также и внутреннего уха в виде атрофии п. VIII и невроэпителия. Не исключается тайже возможность центральных поражений. Приобретенные формы можно разделить на менин-гогенные, тимпаногенные и первично возникшие внутри лабиринта. Менинго-генные формы возникают вследствие распространения инфекции с субарахноидаль-ных пространств на лабиринт по преформи-рованным путям (aquaeductus cochleae, пе-риневральные и периваскулярные пространства внутреннего слухового прохода). Изменения возникают со стороны костной капсулы и перепончатого лабиринта. Получается разрушение кости с заменой ее новообразованной костной тканью, экзостозы, полная облитерация, благодаря чему суживаются или зарастают ниши окон и суживаются или запустевают преддверье и просветы улитки и полукружных каналов. Со стороны перепончатого лабиринта наблюдаются ненормальные перемычки в перилимфати-ческих пространствах, коляпс и растяжение стенок канала и западение membranae Reiss-neri, частичная или полная облитерация канала, изменения со стороны Кортиева органа (атрофия, замена чувствующего эпителия индиферентным), потеря Кортиевой перепонки, разрыхление lig. spiralis, атрофия striae vascularis, атрофия и дегенерация ствола слухового нерва. Аналогичные изменения наблюдаются в преддверьи и полукружных каналах. Со стороны среднего уха обычно никаких изменений не наблюдается.— Тимпаногенные формы обязаны возникновением переходу нагноения из среднего уха, обычно также через преформированные пути: fenestra vestibuli и f. cochleae, но также и через фистулы в наружном полукружном канале и promontorium’e. Изменения аналогичны тем, к-рые находят при менин-гогенных формах, с той разницей, что здесь иногда еще находят остатки неизлеченного гнойного лабиринтита и, само собой, тяжкие изменения со стороны среднего уха в форме большего или меньшего разрушения барабанной перепонки, слуховых косточек, стенок бараб. полости, обоих окон и т. п.— Пер вичные формы в лабиринте возникают вследствие травмы и наследств, сифилиса. При травме иногда находят следы бывшего перелома кости и кровоизлияний, при наследственном сифилисе процесс может переходить со среднего уха на внутреннее либо первично возникать в этом последнем, при чем поражение наблюдается со стороны костной капсулы и перепончатого лабиринта. Приобретенная во время родов Г. развивается вследствие б. или м. обширных кровоизлияний в среднем, внутреннем ухе и центральной нервной системе.

Остат ки слуха и расстройства вестибулярного аппарата при Г. Исследование кохлеарного аппарата при Г. показало, что при ней нередко сохраняются бблыиие или меньшие

остатки слуха. Представление о частоте этого явления (в %) дает след, таблица:

Для определения остатков слуха пользуются либо речью, либо другими источниками звука: похлопыванием в ладоши, колокольчиком, свистками и т. д. Для определения остатков тональной шкалы применяют либо гармонику Урбанчича (V. Urbantschitsch), либо набор непрерывных тонов Бецольд-Эдельмана (Bezold-Edelmann). Бецольд, исследовавший количественно остатки слуха у глухонемых при помощи своего набора, делит их на 6 групп. I группа: от всей тональной шкалы остались лишь островки, не превышающие 2*/3—3 октав. II группа: на протяжении тональной шкалы имеются перерывы—тональные люки или пробелы—от полутона до 3V2 октав. III группа—дефекты в верхней частитональной шкалы. IV группа— одновременный дефект у верхней и нижней границ слуха. V группа—дефект только у нижней части тональной шкалы. VI группа—-малые дефекты у обеих границ, но незначительное количественное восприятие отдельных тонов. На след, таблице приведена частота отдельных групп Bezold’a по данным различных авторов (в %):

Авторы

Группы

I

II

III

IV

V

VI

Bezold 1-я серия ....

17,7

■ 12,7

0,6

5,1

11,4

20,9

Bezold 2-я серия ....

15,3

5,9

4,2

5,9

8,5

31,4

Barth ....

5,2

9,8

1,2

3,5

2,3

10,8

Schwendt-Wagaer . . .

30,0

5,3

0

2,1

5,3

29,9

Kickefehl . .

5,2

22,4

0

20,7

3,4

31,1

Denker ....

24,4

5,6

3,2

3,2

2,4

12,0

Hasslauer . .

10,7

6,2

0,6

2,8

10,1

15,2

Schubert . . .

9,0

12,5

0,7

9,1

9,7

34,0

Wanner . . .

13,9

6,5

3,3

6,9

10,2

30,1

Lannois-Chavanne .

4,61

1,53

0,76

1,53

3,07

1,53

Brock ....

6,1

6,1

3,0

5,1

10,2

32,5

Компанеец. .

19,7

9,2

6,5

1,3

O

5,3

Исследование остатков слуха у глухонемых имеет практическое значение, т. к. оно позволяет отбирать субъектов, особенно пригодных для обучения членораздельной речи путем использовывания этих остатков. Не все остатки слуха в этом отношении равно-значущи. Согласно исследованиям Бецольда понимание составных частей речи возможно только при сохранности части тональной шкалы b1—g2, при чем важно, чтобы тоны этой части шкалы были слышны не менее 5—Ю% нормального времени. Исследование остатков слуха у глухонемых имеет также и теоретический интерес. Наличие островков и пробелов в тональной шкале свидетельствует о различных локализациях в улитке для восприятия различных тонов, т. е. говорит в пользу теории резонанса Гельмгольца (Helmholtz), и кроме того способствует выяснению локализации тех или иных составных частей речи в тональной шкале, что легко определяется при сравнении остатков слуха для тонов со способностью воспринимать отдельные гласные и согласные звуки. Исследованием вестибулярного аппарата у глухонемых авторы занимались в такой же мере, как и исследованием кохлеарного, т. к. частичные и полные выпадения функции давали возможность до известной степени судить о физиологическом назначении аппарата. При поражениях вестибулярного аппарата наблюдают наступление расстройств равновесия, а также известные уклонения в появлении и характере нистагма. Крейдль (Kreidl) исследовал 109 глухонемых на особой доске, привешенной к потолку. На доску ставился стул, на к-рый садились верхом, один позади другого, глухонемой и экспериментатор. Последний клал свои пальцы на закрытые глаза исследуемого, после чего помощник поворачивал доску, делая 10 оборотов. Крейдль обнаружил при этом нормальный нистагм 31 раз (28,5%), слабые глазные движения 10 раз (9,1%) и полное отсутствие глазных движений 55 раз (50,5%). На тех же глухонемых Крейдль определял еще чувство вертикальности. Нормально при вращении на диске получается ощущение наклонения вращающегося круга, что, по Крейдлю, зависит от наступающего раздражения отолито-вого аппарата. Если вращать здорового субъекта на диске с диаметром в 2 л и установить на периферии диска круг с делениями на градусы и стрелкой, к-рая скрыта от исследуемого, то последний, устанавливая стрелку вертикально, делает в среднем ошибку на 8,5°. Глухонемые, по Крейдлю, делают меньшую ошибку: от 2,5° до 6,5°.—Полляк (Poliak) исследовал 82 глухонемых при помощи гальванизации. Отсутствие колебаний головы он наблюдал в 33 % и отсутствие нистагма в 29,3%. При вращении тех же субъектов отсутствие нистагма наблюдалось в 32,8%. Штрель (Strehl) на 167 глухонемых нашел отсутствие нистагма после гальванизации в 18,1%, а после вращения—в 21,5%. Гаммер-шлаг из 23 глухонемых с несомненно конституциональным страданием у 22 не обнаружил реакции на гальванизацию, но т. к. и при приобретенной форме известный процент не дает реакции, то этот признак нельзя использовать для отличия конституциональных форм Г. от приобретенных. Исследуя тех же глухонемых параллельно и на вращение, Гаммершлаг мог разделить их на 3 группы: 1) наибольшее количество реагирует положительно на вращение и гальванизацию;

2) небольшой процент реагирует отрицательно на вращение и положительно на гальванизацию; 3) также небольшой процент не реагирует ни на вращение, ни на гальванизацию. Из этих исследований Гаммёршлага

видно, что возможна сохранность возбудимости вестибулярного аппарата для одного вида раздражителя при потере ее для другого, что подтверждается и всеми дальнейшими исследователями (см.ниже). Тем же вопросом занимались и Александер и Крейдль. Они исследовали глухонемых при помощи гальванизации и нашли, что при конгени-тальной Г. 68,8% всех исследованных обнаруживают нормальную гальваническую реакцию, а при приобретенной—только 28,9%; следовательно при конгенитальной форме глухонемоты чаще сохраняется незатрону-тость вестибулярного аппарата. Фрей и Гаммершлаг исследовали 93 глухонемых на нистагм при помощи вращения и нашли, положительную реакцию в 49,5%, отрицательную—в 45,2% и неопределенную—в 5,3%; следовательно около половины всех глухонемых страдает поражением вестибулярного аппарата. Далее, при конгенитальной форме положительная реакция наблюдалась в 72,1% и отрицательная — в 25,6%, а при . приобретенной—наоборот: положительная в 26,7%, а отрицательная—в 64,4%; следовательно при конгенитальной форме Г. реакция вестибулярного аппарата сохраняется гораздо чаще, чем при приобретенной, что сходится с данными Александера и Крейдля. Кроме того Фрей и Гаммершлаг пытались таким путем определить, не существует ли какой-либо связи между степенью понижения слуха и степенью понижения функции вестибулярного аппарата. Наблюдения Бе-цольда сводились к тому, что существует известный параллелизм между этими двумя функциями, а именно: среди абсолютно глухих наблюдается наибольшее число не реагирующих на вращение, среди же глухонемых с наибольшими остатками слуха наибольшее число реагирует на раздражение вестибулярного аппарата. Фрей и Гаммершлаг внесли в это положение Бецольда следующую поправку: указанный параллелизм наблюдается только при приобретенной Г., при конгенитальной же дело обстоит иначе— ■здесь наблюдается значительный перевес нормально реагирующих над лицами с полным отсутствием реакции (68,2% против 31,8%). Александер и Мекензи (Mackenzie) применили на глухонемых одновременное исследование при помощи нескольких разных возбудителей. Исследованию подвергся 51 глухонемой: 33 с приобретенной и 18 с конгенитальной Г. Взаимоотношение между кохлеарным и вестибулярным аппаратами представлялось таким: 1) полная глухота и полная невозбудимость вестибулярного аппарата наблюдались 15 раз; 2) остатки слуха и возбудимость вестибулярного аппарата—20 раз; 3) полная глухота и возбудимость вестибулярного аппарата—9 раз;

4) остатки слуха и полная невозбудимость вестибулярного аппарата—7 раз. Первая и вторая группы представлены одинаковым числом случаев приобретенной и конгенитальной Г., в случаях третьей группы преобладала конгенитальная, а четвертой—приобретенная глухонемота. Т. о. только группы 3-я и 4-я удовлетворяют тому различию, которое по данным также и других авторов наблюдается между состоянием кохлеарного и вестибулярного аппаратов при конгени-тальной и приобретенной Г. и к-рое доказано анат. исследованиями на людях и животных. При испытании на гониометре в 10 случаях авторами найдены расстройства равновесия и там, где возбудимость для вращения и гальванизации была сохранена, что они ставят в связь с отсутствием импульсов, нормально исходящих от macula sacculi et utri-culi, т. e. от отолитового аппарата. Брок (Brock), исследуя глухонемых помощью вращения, нашел отсутствие расстройств равновесия в 34,7%, слабые расстройства в 53,0% и сильные расстройства в 10,2%. Отсутствие нистагма—в 34,7%, слабый нистагм—в 8,1% и сильный—в 57,2%. При калоризации отсутствие реакции найдено в 34,7%. В 6 случаях им найден парадокс: наличие вращательной реакции при отсутствии калорической. Интересно, что калорический нистагм дает,по Броку,диаметрально противоположные результаты для абсолютно глухих и группы VI Бецольда. Компанеец исследовал 38 глухонемых и нашел у них спонтанный нистгам только в 18,4%, что свидетельствует о пониженной возбудимости вестибулярного аппарата. Вращательная реакция им найдена была в 66,0%, калорич.—в 63,1% и гальваническая—в 61,5%. Наиболее постоянной оказывается следовательно вращательная реакция. При исследовании на гониометре можно было различить 3 группы:

1) случаи с полной утратой вестибулярных функций, 2) случаи с частичной утратой вестибулярных функций и 3) случаи с полной сохранностью всех вестибулярных функций. Средние цифры для углов, при к-рых появлялись первые расстройства равновесия, приведены в след, таблице:

При сравнении всех трех групп видно, что наименьшие средние углы получаются у тех глухонемых, к-рые страдают полной утратой возбудимости вестибулярного аппарата (группа I) и притом только при закрытых глазах, т. е. при выключении того фактора, к-рый нормально содействует сохранению равновесия и к-рый компенсирует утрату возбудимости вестибулярного аппарата.Разница в углах для всех трех групп также неодинакова, как это видно из след, таблицы:

Inclinatio

I группа

II группа

III группа

anterior ....

27°

8е

18°

posterior ....

15°

11°

dext. later . . .

24°

sin. later. . . .

29°

10°

Из таблицы ясно видно влияние вестибулярного аппарата на сохранение равновесия, т. к. при выключении зрения разница в

углах, при которых наступают первые рас-стройства равновесия на наклонной плоскости, становится особенно значительной в случаях с полной утратой возбудимости вестибулярного аппарата.

Отдельное место занимает исследование у глухонемых противовращения глаз (Gegenrollung), так как со времени экспериментов Магнуса и де-Клейна (Magnus, de Kleyn) стало несомненным, что иннервация этого движения исходит со стороны отолитового аппарата, именно со стороны macula sacculi.—Впервые противовращение глаз у глухонемых было исследовано Барани (Ва-гапу) при помощи специально предложенного им оптического аппарата. Барани нашел, что глухонемые в этом отношении могут быть разделены на 3 группы: 1) Противовращение глаз не отличается от нормы. Сюда относятся глухонемые с нормальной реакцией на гальванизацию, вращение и калоризацию. 2) Противовращение глаз отличается от нормы. Сюда относятся случаи с полной утратой или едва выраженной возбудимо-мостыо вестибулярного аппарата. Здесь наблюдались либо весьма малые углы проти-вовращения, либо неодинаковые углы при наклонах головы к правому и левому плечу.

3) Противовращение отличается от нормы, но указанного в первых 2 группах параллелизма с прочими реакцйями не наблюдается. Компанеец на модифицированном им при -боре Барани исследовал противовращение глаз у 48 глухонемых. Их можно было разделить на 3 группы: 1)все реакции вестибулярного аппарата сохранены; 2) все реакции отсутствуют; 3) реакции утрачены частично. В случаях первой группы получились в общем углы, близкие к норме, однако в части случаев получились углы, равные нулю. В случаях второй группы параллелизм наблюдается чаще, однако и здесь нередко наблюдается сохранность реакции на противовращение глаз при отсутствии других реакций. В случаях третьей группы также не обнаружено параллелизма. Из этих исследований следует, что утрата всех остальных реакций вестибулярного аппарата отнюдь не сопровождается утратой реакции на противовращение глаз, следовательно эта последняя имеет отдельный источник иннервации, что находится в согласии с исследованиями Магнуса и де-Клейна.

Если теперь резюмировать все вышеприведенные исследования вестибулярного аппарата у глухонемых, то можно притти к следующим заключениям: 1. Абсолютно надежных способов для отличия конгениталь-нойГ.от приобретенной при посредстве клин, методов исследования не существует. Тем не менее в большинстве случаев для конгени-тальной (конституциональной) Г. характерна сохранность вестибулярных функций. Эта большая стойкость вестибулярного аппарата по сравнению с улиткой объясняется его филогенетическим возрастом, т. к., спускаясь далеко вниз по зоологической лестнице, находят статический аппарат даже у некоторых беспозвоночных животных. Поэтому одна и та же унаследованная вредность может задержать развитие улитки, не оказав никакого влияния на развитие вестибулярного аппарата. Напротив, экзогенные вредности (инфекция) одинаково поражают оба отдела внутреннего уха. 2. Не существует параллелизма между всеми видами реакций вестибулярного аппарата, о чем свидетельствуют т. н. парадоксальные случаи. Это обстоятельство говорит за то, что либо механизм возбуждения при отдельных реакциях неодинаков, либо неодинаковы качества невроэпителия. 3. Утрата функции полукружных каналов и отолитового аппарата также не идет параллельно. 4. Изучение вестибулярных функций у глухонемых представляет неисчерпаемый источник для изучения нормальных отправлений вестибулярного аппарата. Известную аналогию с глухонемыми представляют мыши-плясуньи, страдающие конгенитальной глухотой и расстройствами равновесия. Поэтому некоторые авторы производили свои исследования (клин, и анат.) над этими животными с целью выяснения нормальных функций вестибулярного аппарата.—Помимо явлений со стороны слухового органа, у глухонемых наблюдается еще ряд других явлений, стоящих в прямой связи с их страданием. Прежде всего сюда относятся особенности походки. При полной глухоте бросается в глаза, что б-ные при ходьбе сильно шаркают обутыми ногами по полу или земле. Это зависит во-первых от того, что они не в состоянии контролировать своей походки при помощи слуха, и во-вторых от того, что вследствие повреждения вестибулярного аппарата походка не имеет достаточной устойчивости. При наличии остатков слуха умазанные явления менее бросаются в глаза. Речь у абсолютно глухих отличается отсутствием благозвучности и модуляции, она тяжело артикулируется, монотонна, скандирована, т.к.глухонемые изучают речь только при помощи осязания и зрения. Поэтому тотально глухие при разговоре либо постепенно повышают голос, либо, наоборот, постепенно понижают его и быстро утомляются. При наличии остатков слуха речь значительно лучше, т. к. при усвоении ее использовываются остатки слуха, Бруннер и Фрювальд (Brunner, Friiwald) доказали при помощи рентгена, что постановка гласных и согласных звуков речи у глухонемых всегда отличается известными неправильностями. Вследствие неумелого пользования голосом возникают парезы гортанных мын1ц, хрипота, узелки на связках и другие явления фонастении. У глухонемых наблюдается также неправильный тип дыхания. Соотношение продолжительности вдохов и выдохов представляется при норме как 1:5 или 1:8, при Г. дело обстоит наоборот. Это также не остается без влияния на речь, которая прерывается частыми вдохами. Особенно рельефно указанные расстройства проявляются при чтении вслух, к-рое для глухонемых так -затруднительно, что обычно приводит их в состояние общего возбуждения.

Существует еще ряд других явлений, наблюдаемых у глухонемых, но их нужно рассматривать не как последствия Г., а как сопутствующие ей явления. Сюда относятся прежде рсего различные проявления сифилиса в форме Гетчин-соновской триады, деформаций костного скелета конечностей, карликового роста, частичного гигантизма, деформаций черепной коробки, носовых костей и твердого нёба, рубцовых изменений на слизистых оболочках ротовой полости, глотки и гортани ит. п. Далее—псих, расстройства, особенно при алкоголизме родителей, явления кретинизма. При конституционально-спорадической Г. наблюдают retinitis pigmentosa, эпилепсию и душевные б-ни. Т. к., по Альбрехту, эта форма Г. наследуется моногибридно, то нужно думать, что указанные только что расстройства не связаны с Г. как таковой, а наследуются параллельно с нею. Частота наследственно-сифилитических поражений у глухонемых колеблется, по данным разных авторов, от 7% до 40%, a retinitis pigmentosa—от 2,5% до 5,8%. Не нужно однако думать, что глухонемые постоянно представляют собой умственно-отсталых по сравнению с нормальными субъектами. Во многих случаях глухонемоты это действительно наблюдается, но отдельные глухонемые могут обнаруживать блестящие способности и достигать больших успехов в области наук и искусств.

Диагноз, прогноз и лечение. Распознавание Г. может представлять большие трудности у очень маленьких детей, у к-рых невозможно произвести фнкц. исследование. Большие трудности может представлять и отличие Г. от словесной глухоты, при к-рой слуховая способность сохранена, но имеется недостаточное развитие двигательных путей для речи или же отсутствуют врожденные волевые импульсы для речи или, наконец, произносимые слова остаются непонятными и потому не вызывают желания к имитированию. Особенно трудно распознать словесную глухоту, когда дети совершенно не реагируют на звуки ни субъективно (путем понимания сказанного), ни объективно (путем реакции на сказанное соответственной мимикой, поворотом головы, взглядом на говорящего и т. п.). В таких случаях на помощь является симптом Фрешельса (Froschels)—рефлекс на щекотание кожи слухового прохода, к-рый отсутствует при Г. и имеется налицо при словесной' глухоте. Реакция на щекотание может быть различной: она либо выражается в зажмуривании глаз, либо в улыбке, либо в отдергивании головы. Сам Фрешельс нашел отсутствие этого рефлекса при Г. в 94%.Ком-панеец однако мог найти отсутствие рефлекса только в 63,6% и понижение его в 18,2%, т. е. в сумме ненормальный рефлекс только в81,8%.Т.о.и этот симптом не представляется абсолютно надежным.

Предсказание при Г. в смысле улучшения слуховой способности нужно считать абсолютно неблагоприятным. Описанные единичные случаи, при к-рых стечением времени наступало улучшение (Поли-цер, Урбанчич), нужно по всей вероятности отнести не к настоящей Г., а к словесной глухоте. Искусств, развитие слуха путем упражнений возможно только у таких глухонемых, у которых сохранились известные остатки слуха, и то не в смысле расширения слуховой зоны, а лишь в смысле использования этих остатков слуха при изучении речи. Однако Урбанчич считает пригодными даже и такие случаи, где тоны b1—g не слышны при испытании слуха камертонами Бецольдов-ского набора, т. к. при сильном ослаблении слуха звуки камертонов оказываются недостаточно интенсивными для того, чтобы они могли быть восприняты ухом, между тем как другие, более интенсивные источники звука, как напр, тоны, издаваемые гармоникой Урбанчича, воспринимаются. Тоны гармоники к тому же по своему тембру ближе подходят к человеческой речи. Развитие слуха в смысле, предложенном Урбанчичем, не оправдало себя. Не окончательны также пока результаты, достигаемые при помощи упражнения слуха на электроаппаратах Н. А. Скрицкого (Белоголо-вов).—Предсказание при Г. quo ad vitam ухудшается при наличии неизлеченного, хрон. гнойного воспаления среднего уха. Но* в таких случаях имеет значение не Г. как таковая, а процессы нагноения в среднем ухе.

Лечение. Из только что сказанного явствует, что о лечении Г. как таковой не может быть и речи. Лечение может быть необходимым лишь для устранения болезненных явлений, оказывающих вредное влияние на общее состояние организма либо угрожающих жизни. Так, по исследованиям Лем-ке (Lemcke) в 62% приобретенной Г. в основе лежало излечимое основное страдание ушей. Т. о. при своевременном лечении можно было бы в большом числе случаев предупредить возникновение Г. Поэтому своевременное лечение имеет большое профилактическое значение. При страданиях среднего уха негнойного характера надлежащее и своевременное лечение также может оказаться весьма важным в смысле профилактическом, т. к. полная глухота может наступить от заращения обоих окон барабанной полости (С. С. Преображенский). По Бецольду, у 12,6% всех глухонемых обнаруживаются признаки заболевания среднего уха. Наряду с лечением ушей заслуживает внимания лечение и других болезненных расстройств; на первом месте стоит удаление аденоидных разращений носоглотки, частота к-рых у глухонемых отдельными авторами считается различной. Напр.: Нагер (Nager) находил их в 18%, Денкер—в 44,5%, Цвиллингер (Zwillinger)—в 56,7%,а Геллат—даже в64%. Равным образом необходимо устранение и всех прочих расстройств в области верхних дыхательных путей, отражающихся вредно на акте дыхания, к-рый и без того неправилен у глухонемых, и на общем состоянии их здоровья. (Об обучении глухонемых, упражнениях слуха, школах для глухонемых, детских садах и других учебных и пр. учреждениях СМ. ниже.)    С. Компанеец.

Психологические особенности глухонемых. Психология глухонемых еще очень мало изучена, и только работы, появившиеся за последние годы, более правильно подошли к разрешению этой проблемы. В прежнее время неправильная оценка личности глухонемых вытекала из трудности общения с ними, к распознаванию их подходили с точки зрения теоретических рассуждений, и поэтому личность оценивалась гораздо ниже, чем она того заслуживала. Было время, когда глухонемых ставили на один уровень с обезьянами и идиотами на основании лишь отсутствия речи, т. к. процессы мышления не отделяли от речи. В дальнейшей эволюции изучения проблемы мышления, когда процессы мышления постепенно отделялись от словесной речи, взгляд на личность глухонемых постепенно изменился, за ними была признана мыслительная способность, но не в полной мере, т.к. обобщения, заключения и суждения без словесной речи немыслимы, на что указывает целый ряд психологов со Штерном (Stern) во главе. Поэтому в псих, развитии глухонемых отмечается задержка, и по сравнению со слышащими намечается определенная разница в структуре самой личности. В 1925 г. появились работы Линднера (Lindner, «Verglei-chende Intelligenzpriifungen») и Рабинович («К вопросу об изучении личности глухонемых»), в к-рых подход к личности глухонемых один и тот же, а именно—было присту-плено к изучению общей одаренности путем экспериментально - психологических исследований с целью выявления «первичного ума», при чем была проведена параллель со слышащими детьми; это дало возможность вскрыть особенности интелекта глухонемого. В обеих этих работах (5ыл применен метод исследования отдельных функций: в первой— метод Винклера, во второй — метод Россолимо, приспособленный к глухонемым. Эти работы дали возможность доказать факт несомненной задержки в развитии глухонемых. Так, элементарные представления у слышащего ребенка имеются все налицо к 4 годам, у глухонемого они развиваются лишь к 6 годам, но этапы развития у них одинаковые, что обнаружено, между прочим, изучением рисунков глухонемых. Линднер показал, что фазы в развитии рисунка одинаковы у детей слышащих и глухонемых. Если мы обратимся к анализу отдельных ин-телектуальных процессов, то специфические особенности, стоящие в самой тесной связи с основным дефектом—с отсутствием слуха и речи, проявились в целом ряде функций, что особенно сказалось у глухонемых, еще не обучавшихся речи. Так напр, в процессах мышления и анализа очень резко выступили дефекты в области отвлеченного мышления. У глухонемых осмысление последовательности событий, причинной связи между ними недостаточно развито. Поэтому например при исследовании у них комбинированного осмысления установление связи между отдельными картинками, составляющими рассказ, или совсем не удается или же удается им с большим трудом. Этой же недостаточностью в области абстрактного мышления объясняется, что у глухонемых, никогда не обучавшихся речи, отсутствует тот период детства, к-рый характеризуется у слышащих задаванием вопросов «почему», «зачем», «отчего». Этот период компенсируется у глухонемых тем, что детская фантазия старается заполнить пробелы в области мышления и поэтому сохраняется у них более продолжительное время, чем у слышащих. Точно так же и низкая память в отношении как абстрактных понятий, так и чисел находится в тесной связи с этими дефектами в мышлении. Все эти дефекты у глухонемых с нормальным интелектом постепенно сглаживаются, как только они, обучившись речи, начинают мыслить словесно. Вообще в процессах памяти у глухонемых можно отметить целый ряд своеобразных особенностей. Так, запоминание конкретных образов у них стоит довольно высоко, что же касается типов памяти слуховой, или вернее моторной, и зрительной, то первая гораздо лучше развита, что отметил целый ряд авторов. Это объясняется тем, что моторная память у них базируется на подражательности, к-рая у глухонемых особенно хорошо развита; при зрительной же памяти у них сочетание зрительных образов с соответствующим словом или затруднено или отсутствует, между тем как у слышащих этот подсознательный процесс очень облегчает запоминание зрительных образов. У глухонемого отмечается высокая степень наблюдательности, очень большой объем внимания и высокая устойчивость последнего. Отсутствие слуховых впечатлений компенсируется у него зрительными восприятиями; он пытливо вбирает в себя все то, что он видит вокруг себя,накопляя т. о. материал для дальнейшей внутренней проработки. Кроме того высокая концентрация внимания культивируется в нем методом обучения. Он внимательно присматривается ко всему тому, чему учит его учитель, т. к. сознает, что это ему облегчает общение с внешним миром. Специфической особенностью глухонемых является и сильно развитая внушаемость и подражательность, к-рые сохраняются у него далеко за пределами физиол. возраста, что можно легко объяснить беспомощностью глухонемых и применяемыми к ним методами обучения. Все эти явления отмечаются и у слышащих, но в очень раннем детстве, и они исчезают постепенно по мере роста мыслительных способностей. Среди глухонемых можно отметить такие же психологические типы, какие встречаются у слышащих, но т. к. все вышеозначенные особенности тесно связаны с их основным дефектом, а именно с отсутствием слуха, то следует установить среди них также целый ряд типов, в зависимости от рода и времени появления глухоты, т. е. выделить типы с наследственной, врожденной,приобретенной в раннем детстве (до развития связной речи) и приобретенной в более позднем периоде глухотой; следует также выделить тугоухих. С. Рабинович.

Методы воспитания глухонемых. Глухонемые, понятие, в обиходе применяемое к различным категориям людей, страдающих дефектами слуха и речи: к глухим от рождения или оглохшим до 1 года и потому не научившимся говорить, к оглохшим от болезней до 5—6-летнего возраста и постепенно утратившим речь, к оглохшим в более позднем возрасте (до 12—14 лет) и сохранившим речь в б. или м. искаженном виде, к афази-кам (алаликам, или слухонемым), обладающим почти нормальным слухом, но не говорящим (иногда и не понимающим речь), и даже к тем, кто раньше был глухонемым, но благодаря специальному образованию научился говорить. На Западе, особенно за последнее время, словом «глухонемой» (taub-stumm, sourd-muet, deaf-mute) обозначаются только те глухонемые, к-рые не научились говорить [говорящие же глухие (поздно оглохшие и обученные глухонемые) называются gehorlos, sourd или sourd-parlant, deaf]. Т. к. в обиходе у нас вышеуказанные категории смешиваются, то имеется полное основание предполагать, что и при всенародных переписях счетчики всех их соединяют Под словом «глухонемые». Таких «глухонемых», по имеющимся данным, насчитывается в среднем 1 на каждую тысячу чел. всего населения, что для РСФСР выражается цифрой свыше 80.000 глухонемых обоего пола всех возрастов (по другим данным их больше). Из этого числа на школьный возраст (8—15 лет) приходится ок. 20% (16.700ч.). Существующими в наст, время в РСФСР 52 школами охвачено всего 3.050 чел. учащихся, что составляет приблизительно 18% общего числа глухонемых школьного возраста (в Московской губ. приблизительно 40%). По перспективному плану Нарком-проса всеобщее обучение глухонемых в РСФСР может быть проведено не ранее, как

в 10-летний срок, т. е. к 1938 г. В Германии, в нек-рых северных странах и в С .-А. С. Ш. еще до войны удалось обеспечить школьным обучением все 100% глухонемых; затем идут страны Запада (Англия, Франция, Австрия), где в наст, время проведен закон о всеобщем обязательном обучении глухонемых. Современная советская школа глухонемых ставит целью приобщить глухонемого к обществу слышащих людей путем обучения его членораздельной речи, грамоте и всем предметам, преподаваемым в единой советской трудовой школе I ступени, выработать у него марксистское мировоззрение, навыки коллективизма и классовое сознание и подготовить, посредством обучения ремеслу, к самостоятельной трудовой жизни. В основу курса обучения глухонемых положены программы Гос. ученого совета, обязательные для всех школ I ступени и приспособленные специальной методич. комиссией при НКПросе к специфич. особенностям обучения глухонемых. В виду этих особенностей во всех странах установлен 8-летний срок как минимум для обучения глухонемых. Лишен-должен пользоваться иными путями: зрением он улавливает движения речевых органов, осязанием производит количественную, барическую и термическую диферендиадию экспираторной струи (при взрывных и про-торных согласных), осязанием же констатирует и измеряет присутствие и степень интенсивности вибраций голосовых связок (при произнесении гласных и так называемых звонких согласных звуков; см. рис. 1, 2 и 3). Контроль правильности собственного произношения осуществляется тем же зрением (посредством зеркала; см. рис. 4), осязанием собственной гортани, груди, щек и т. д. и сверх этого т. н. кинестетическими речевыми ощущениями. Такую замену слуха зрением, осязанием и кинестетическими осяза-ниями однако нельзя считать полным эквивалентом слуха: зрению доступна лишь небольшая часть тех органов,к-рые принима.ют участие в образовании фонем; осязание, обнаруживающее лишь результаты действия скрытых от глаза органов, дает очень неопределенные, грубые впечатления; точно также и кинестетич. ощущения, совершенно субъективные, не поддающиеся ни количественному, ни качественному измерению, не могут служить точным регулятором речевых движений. В силу таких условий понятно, что речь глухонемых б. или м. отличается от речи слышащих людей прежде всего недостатком модуляции, а кроме того б. или м. значительным количеством мелких и крупных дефектов гласных, согласных и сочетаний звуков. Понятно также, что сколько-нибудь устойчивый правильный речевой рефлекс может быть достигнут только при условии длительных упражнений под контролем уха преподавателя-сурдопедагога. Если к этому прибавить трудность восприятия речи путем зрения («чтение с губ») вследствие того , что многие звуки имеют одинаковый зрительный образ, а нек-рые почти не видны, т. к. произносятся в глубине ротовой полости, то становится ясным, почему для проработки программ школ I ступени, к-рые рассчитаны на 4 года, в школе глухонемых требуется 8-летний срок. До последних 10—15 лет наиболее распространенным подходом к обучению глухонемых устной речи был т.н. «звуковой метод». Он состоит в том, что у глухонемого ребенка каждый звук ставится сначала отдельно; затем, когда достигнуто б. или м. правильное произношение, новый звук сочетается с уже усвоенными звуками (гласными и согласными) в слоги; из слогов образуют слова, из слов — фразы. Так в фонетической последовательности проходится весь алфавит, и в конце т. н. артикуляционного курса ребенок может произносить любой звук родного языка, усваивая за это время до 300 слов, имеющих отношение к окружающей ребенка среде, и небольшое количество коротеньких фраз из пройденных слов. Эти же слова и фразы ребенок читает также с губ. За последнее время звуковой метод все более и более уступает место т. н. «методу целых слов», при к-ром исходят не от отдельного звука, а от звукового комплекса — слова. — Понимание детских книг и (в дальнейшем) популярной литературы, газет и журналов представляет для глухонемых с их бедным и мало поворотливым речевым багажом громадные трудности; поэтому сурдопедагоги озабочены изданием, так сказать, промежуточной литературы, специально созданной и приспособленной к пониманию глухонемыми разных речевых возрастов с целью постепенно подвести их к пониманию книг для нормальных. К сожалению наша литература пока чрезвычайно

бедна и специальными руководствами по сурдопедагогике и, особенно, специальными учебниками, книгами для чтения и т. п.

ный слуха, этого главнейшего анализатора для восприятия речи окружающей среды и для контроля собственной речи, глухонемой

Немаловажное значение для глухонемых имеет физкультура в широком смысле слова и гимнастика в частности. Для нее должны быть отведены специальные часы занятий, имеющие целью коррекцию некоторых физ. недостатков, являющихся следствием глухонемоты, как напр, слабое развитие дыхательного аппарата, тяжелая, неритмичная, шаркающая, иногда (у менин-гитиков) шатающаяся походка, неуклюжие движения и т. п. Утренняя зарядка и ритмическая гимнастика должны быть обязательными для каждого учреждения для глухонемых. Глухонемые любят физ. упражнения и увлекаются спортом; нередко они одерживают победы над коллективами слышащих.—Изобразительные искусства также усиленно культивируются в учреждениях для глухонемых, т. к. графическая грамота нужна глухонемому в большей мере, чем слышащему, как добавление к его скудной речи. В ряду изобразительных искусств в учреждениях для глухонемых первое место занимает кино как наиболее доступное пониманию глухонемых зрелище и как наглядное пособие. Экскурсиям, как средству наглядного обучения, в школе глухонемых отводится видное место. В советской школе глухонемых с младших до старших групп как в классное, так и особенно во внеурочное время обращается большое внимание на выработку организационных и коллективистических навыков. Политическое воспитание осуществляется, помимо проработки соответствующих комплексных тем программы и политических кампаний, путем организации отрядов октябрят, пионеров и комсомольских ячеек. В нек-рых учреждениях детским и юношеским коммунистическим движением охвачена почти вся детская масса. Общественно-полезная работа

выполняется детьми всех возрастов гл. обр. в стенах своего учреждения, где на детей возлагается значительная доля самообслуживания, однако с соблюдением известной возрастной дозировки, устанавливаемой врачом 03Дета, и с таким расчетом, чтобы от дежурств нестрадали ни общеобразовательные, ни проф.-техн. занятия. Так как к глухонемым причисляются различные категории людей, страдающих дефектами слуха и речи, то и в учреждениях для глухонемых детей можно встретить самые различные типы не только по степени глухоты и немоты, но и

по степени умственной одаренности, а также по поведению (трудновоспитуемые, психопаты и т. п.). Кое-где в наст, время уже проведена нек-рая диференциация внутри учреждений или же территориальное разделение различных типов детей. Так, в Москве тугоухие с 1919 г. выделены в особую школу тугоухих, в которой в наст, время обучается 60 чел.; поздно оглохшие за отсутствием отдельного помещения пока образуют специальное отделение внутри первого института, открытое в 1918 г. и имеющее 4 группы с 44 учениками; глухонемые дебилики с 1920 г. помещаются в III ин-те, рассчитанном на 90,чел. (в поселке Перерва под Москвой); в Ленинграде для умственно-отсталых глухонемых организована сельскохозяйственная колония. Такая диференциация детей дает возможность в большей мере учитывать индивидуальные особенности каждого из типов, выработать для каждого типа свою специфическую программу и с нормально одаренными детьми достичь наивысших успехов.

Среди помещенных в учреждения для глухонемых абсолютно глухих насчитывается не более 25%; попытки развивать остатки или зачатки слуха и использовать их для улучшения устной речи часто давали положительные результаты. С давних пор сурдопедагоги и интересующиеся вопросами Г. ушные врачи предпринимали слуховые упражнения путем различных приборов и речи (см. рис. 5). Особенно сильная агитация в пользу введения слуховых упражнений в учебный план школ для глухонемых была поднята в 90-х гг. XIX в. Урбанчичем, в результате чего во многих школах дети с остатками слуха были выделены в особые слуховые классы. Однако т. к. достигнутые этой мерой результаты не оправдали ожиданий сурдопедагогов, в начале XX в. диференциация детей по слуху была заменена разделением детей по умственным способностям. На смену метода Урбанчича явился метод Бецольда, разработанный для школ глухонемых сурдопедагогом Кройс. Отличительная черта этого метода состоит в том, что вместо упражнений слуха на отдельные звуки и бессмысленные звуковые сочетания, после предварительных упражнений на гласные воспитывается слуховое внимание сразу на слова и фразы, при чем слуховые ощущения ассоциируются с соответствующими зрительными и тактильными ощущениями. Упражнения слуха у глухонемых при помощи приборов (напр, аппаратов Скрицкого) заслуживают внимания, но в данное время находятся еще в стадии неоконченных опытов. Весьма важно и необходимо, чтобы к каждой школе глухонемых был прикреплен отиатр, в обязанности к-рого должно входить кроме наблюдения за слухом детей и руководства развитием слуха также и лечение болезненных процессов ушных, носовых и горловых, к-рые встречаются у очень большого числа воспитанников школ глухонемых. Важным условием успешности обучения глухонемых устной речи является также время начала занятий по произношению и чтению с губ. Практика показала, что чем раньше глухого ребенка начинают учить говорить, тем естественнее будет его голос и его произношение. Поэтому с последней четверти XIX в. стали возникать сперва подготовительные школы для детей в возрасте

5—6 лет, а затем детские сады-экстернаты и интернаты, куда детей принимают уже с 3-летнего возраста. В России первый такой детский сад был устроен в 1900 г. в Москве

Н. А. Рау.

Идея обучения глухонемых устной речи не нова. Уже в XVI в. испанский монах Педро Понче (Pedro Ponce, 1508—84) обучал глухонемых детей из знатных семей устной речи и письму. Сам он не оставил литературных следов своей работы, вызвавшей всеобщее восхищение современников. Но его опытом воспользовался испанец Пабло Бонет (Pablo Bonet), издавший в 1620 г. первое руководство по прикладной фонетике и обучению глухонемых устной речи—«Упрощение букв и искусство немых научить говорить». Однако лишь в конце XVIII в. возникли первые специальные массовые учреждения для глухонемых. Почти одновременно были открыты школы-интернаты в Париже (1770) и в Лейпциге (1778). Основатель Лейпцигской школы, практичный самородок-автоди-дакт Самуил Гейнике (Samuel Heinicke, 1727 — 90) придерживался метода Понче и Бонета и обосновал его научно, указывая впервые на роль кинестетических речевых представлений в процессе обучения глухонемых устной речи. С другой стороны франц. аббаты де л’Эпе (de ГЕрйе, 1717—89) и Сикар (Sicard, 1742—1822), применяясь к индивидуальным особенностям мышления глухонемых (их мимической речи), создали целую филологически и философски обоснованную систему сложных «методических знаков» и этим самым изолировали глухонемых от остального общества. Правда, свои знаки они ассоциировали с письмом, но устная речь у них была в загоне. С тех пор, благодаря пропаганде «немецкого» и «французского» методов, число учреждений для глухонемых росло во всех странах, и только в 1881 г. на интернациональном конгрессе сурдопедагогов в Милане было провозглашено преимущество устного (орального) метода перед мимическим и дактилологическим. В наст, время устный метод, за очень редкими исключениями, проводится во всем мире, постепенно совершенствуясь благодаря тесному контакту со смежными науками: рефлексологией, экспериментальной фопетикой, детской психологией и филологией. В Россию идея обучения глухонемых проникла из Франции в начале XIX в., и в первых русских учреждениях для глухонемых применялся исключительно мимический, дактилологический и письменный метод. Первая школа для глухонемых была основана в 1806 г. в Павловске и переведена в Петербург в 1810 г. Дело обучения глухонемых в России развивалось медленно, завися до 1917 г. всецело от благотворительности, кроме только Варшавского ин-та глухонемых и слепых, состоявшего в ведении Мин. нар. проев. Устный метод стал проводиться в русских школах только в 80-х гг. под влиянием Германии (особенно школы Фаттера во Франкфурте н/М), куда командировался целый ряд русских учителей для глухонемых. Значительный сдвиг в расширении сети школ для глухонемых был сделан «Всероссийским попечительством о глухонемых» (1898). Но на твердую почву дело обучения глухонемых стало только с 1917 г., когда советская власть признала заботу о глухонемых обязанностью государства. Целый ряд постановлений ВЦИК, СНК и НКП, изданных за последние годы, служит доказательством неослабного внимания власти к нуждам глухонемых; венцом в этом отношении является включение глухонемых в перспективный государственный план обязательного всеобщего обучения.

До революции дело дошкольного воспитания глухонемых в России развивалось туго, и только при советской власти число детских садов для глухонемых стало довольно быстро расти. В наст, время в Москве имеется 4 детских сада-интерната: 1—для преддошкольников (до 4 лет) на 25 человек и 3—для дошкольников (5 и 6 лет) по 40 чел. каждый; кроме того существуют 3 частных детских сада-экстерната. В Ленинграде . имеется 2 детских сада при ото-фоне-тическом и областном ин-тах, каждый на 60 чел. детей в возрасте от трех лет. В провинции дело дошкольного воспитания еще слабо развито. Из всей массы глухонемых дошкольников—приблизительно в 12.500 чел. (15% общего числа глухонемых)—в специальных дошкольных учреждениях воспитывается до 300 чел. детей (около 21/2%)-Кроме вышеуказанной пользы детских садов для развития речи, следует указать еще на один весьма важный для профилактики глухонемоты момент, на к-рый обратил внимание С. С. Преображенский, констатировавший, что у значительного числа дошкольников, при условии своевременной мед. помощи, может быть достигнуто улучшение слуха.—Русская школа глухонемых с давних пор включила в свой учебный план выработку про ф.-т ехнических навыков. В этих целях при каждой школе глухонемых имеются мастерские, где детям с 13-летнего возраста преподаются приемы наиболее доступных для глухонемых ремесл. В сущности число профессий, при к-рых наличие слуха является непременным условием, не так велико; в сравнении со слепыми глухонемые гораздо меньше ограничены в выборе профессии. Наиболее излюбленными в среде глухонемых являются следующие виды труда: типографский (набор и печать), переплетный, картонажный, столярный, плотничный, слесарный, портновский, сапожный, пекарный, белошвейный, женский портновский, трикотажный, шляпный и др. Из более интелигентных и художественных профессий глухонемые занимаются машинописью, черчением, текстильным рисованием, живописью вывесок, ретушью, зуботехникой, фотографией и др. Каждая школа при организации своих мастерских ориентируется на преобладающий в данной местности спрос на рабочие руки. Целевая установка мастерских при школах для глухонемых—на подручного средней квалификации или на кустаря.—Весьма желательно и полезно сближение глухих детей со слышащими в играх, прогулках, пионерских занятиях и т. п. Что касается совместного обучения обоих полов, то оно всегда проводилось почти во всех русских учреждениях для глухонемых как в мелких, так и в более крупных.

К 16—18 годам глухонемой, усвоивший в большей или меньшей мере навыки устной речи, чтения с губ, грамоты и того или иного ремесла, выпускается из школы и вступает в самостоятельную жизнь: в производство , в гос., общественные или частные предприятия. Благодаря ходячим предубеждениям о нраве глухонемых и благодаря затруднениям в общении с ними, им нелегко устроиться на места. Большую помощь в деле трудового устройства глухонемых в РСФСР оказывает Всероссийское объединение глухонемых (ВОГ) и его провинциальные отделы путем устройства производственных артелей глухонемых. Для переростков и подростков (11—14 л.) в новейшее время устраиваются специальные школы с сокращенной общеобразовательной программой, рассчитанной на 4—5 лет, и с преобладающим уклоном в сторону проф. подготовки. Работа по ликвидации неграмотности и по политпросвещению среди взрослых глухонемых в наст, время начинает развертываться: издается специальный букварь для обучения взрослых глухонемых письменной и дактилологической речи (для устной речи у взрослого глухонемого речевые органы потеряли необходимую гибкость), устраиваются ликпункты, клубы, библиотеки и т. п.— Нельзя не упомянуть еще об одной категории людей, страдающих дефектами слуха,— о тех, кто потерял слух полностью или частично, будучи уже взрослым человеком, занятым определенной профессией. Большинство этих людей, в силу наступившей или надвигающейся глухоты, должно оставить свои прежние занятия и избрать новую профессию. Это обстоятельство, а также затруднение в общении с окружающим обществом вызывает сильнейшую псих, травму—вплоть до мысли о самоубийстве. Таким лицам следует рекомендовать обучаться чтению с губ. По словам Богданова-Березовского «к чтению с губ надо приступать не тогда, когда слух уже пропал, а когда он только что начинает падать. Мы обязаны применять чтение с губ у всех б-ных, когда убедимся, что медицинскими мерами уже не можем довести слух до нормы, будет ли речь итти о вполне глухом или о потерявшем лишь ничтожную часть слухового поля». За последние годы как за границей, особенно в Америке, так и у нас организованы курсы чтения с губ, кружки и клубы оглохших и плохо слышащих, куда и следует направлять всех страдающих понижением слуха. — Если в предыдущем говорилось о прохождении глухонемыми только курса школ I ступени, то это не значит, что глухонемым среднее и высшее образование недоступно. Целый ряд глухонемых, удостоенных ученых степеней, существование в Америке специального университета для глухонемых, а в Германии и в СССР школ повышенного типа, служат красноречивым доказательством того, что при благоприятных условиях (достаточная длительность обучения, большое число опытных учителей и др.) нормально одаренный глухонемой может достичь высших ступеней ин-. телектуального развития. О том же свидетельствуют случаи перевода глухонемых в нормальные школы I и II ступени и в техникумы,—случаи, имевшие место не только на Западе и в Америке, но и в РСФСР. Наконец целый ряд газет и журналов, издаваемых глухонемыми, не оставляет сомнения в умственных способностях глухонемых. Для подготовки работников с глухонемыми (сурдопедагогов) в наст, время имеются специальные секции по сурдопедагогике и логопедии при дефектологических отделениях пе-дагогич. факультета 2 Ун-та в Москве и Ин-та им. Герцена в Ленинграде. Свою практическую подготовку студенты получают в школьных и дошкольных учреждениях для глухонемых Москвы и Ленинграда, прикрепленных к означенным вузам. Для повышения квалификации учителей, получивших свою подготовку в процессе работы, НКПрос ежегодно устраивает курсы переподготовки.

Перечень городов СССР, в к-рых находятся учре-ждения для глухонемых.—Москва [I Ин-т глухонемых, II Ин-т глухонемых, III Ин-т глухонемых (Перерва), 12 районных групп для приходящих, I Дет. дом для преддошкольников, II, III и IV Дет. дома для дошкольников, уездная школа для приходящих (Оре-хово-Зуево), школа для тугоухих]; Ленинград (Ото-фонетический ин-т с детским садом и колонией, I Ленинградский областпой ин-т с детским садом, I Железнодорожная школа-интернат); Архангельск; Астрахань; Баку; Владикавказ; Владивосток; Вязники (Вла димирская губ.); Вятка; Дорогобуж (Смоленская губерния); Днепропетровск—УССР; Запорожье—УССР; Иркутск; Ингам; Казань; Калуга; Киев (украинская школа-интернат, школа для приходящих, еврейская школа-интернат); Кострома; Краснодар; Карачев (Брянская губ.); Курск; Красноярск; Кобе-ляки—УССР; Лубны—УССР; Мстиславль—БССР; Марксштадт—АССР немцев Поволжья; Мариуполь; Новочеркасск; Нижний - Новгород; Одесса; Орел; Оренбург; Пермь; Пенза; Псков; Ростов н/Д; Рязань; Самара; Саратов; Симферополь;Ставрополь;Ста-линград; Свердловск; Сольвычегодск; Сумы—УССР; Тамбов; Ташкент; Тверь; Тифлис; Тиге—УССР; Томск; Тула; Устье (Вологда); Уфа; Ульяновск; Харьков (школа-интернат, школа для приходящих); Харбин; Челябинск; Чита; Черкасы—УССР; - Шуя; Ярославль.    Ф.    Рау.

Г. с еуд.-мед. точки зрения. Глухонемые разделяются на два разряда: одни представляют пример врожденного анат. недостатка органа слуха, другие имеют в основе общее поражение мозга. По уголовным законам глухонемые от рождения или лишившиеся слуха и языка в раннем детстве, как не получившие никакого понятия об обязанностях и законе, не подвергаются наказаниям за преступления и проступки, но в случае убийства, покушения на убийство, на поджог глухонемые наравне с опасными душевнобольными подвергаются строгому неослабному надзору. Из всех врожденных недостатков чувств глухонемота имеет наибольшее значение в силу лишения важных путей для восприятия элементарного образования, представлений и суждений, сдерживающих чувственные и эгоистические побуждения. Если глухонемые имеют только анат. изменение слухового аппарата при почти нормальной умственной деятельности, то такие б-ные при обучении и соответствующем воспитании могут не только по своей психике мало отличаться от нормального человека, но даже превосходить средний уровень и проявлять черты талантливости (напр. Эллен Кей). При Г. в зависимости от врожденных дефектов головного мозга или приобретенного пат. состояния его, такие б-ные не могут получить близкого к нормальному обучения, а только нек-рую дрессировку й

должны приравниваться к безумным, невменяемым. При экспертизе прежде всего необходимо установить степень разумения глухонемых, для чего следует принять во внимание все предшествующее поведение их, полученное ими воспитание, возможность сочетания с врожденным или приобретенным слабоумием или другими псих, аномалиями, а затем—учесть степень развития у них способности управлять собой. Помощь специального переводчика при этом необходима. Глухонемые до совершеннолетия состоят под опекой. Совершеннолетние, если после освидетельствования будут признаны способными изъяснять свои мысли и волю, могут быть допущены к управлению и распоряжению своим имуществом наравне с прочими совершеннолетними; при наличии же каких-либо сомнений и опасений в означенном отношении, над ними учреждается попечительство или снова опека, как над несовершеннолетними.    А. Крюков.

Лит.: Преображенский С., О глухонемоте и глухоте, М., 1901; Рабинович С., К вопросу об изучении личности глухонемых (Труды Клин, нервн. болезней при 1 МГУ, сб. 1, М., 1927); его ж е, Методика исследования интелекта у глухонемых дошкольного и школьного возраста (ibid.); Лагов-с к и й Н., Обучение глухонемых устной речи, Алек-сандровск, 1911; его же, Учебно-воспитательные и благотворительные учреждения для глухонемых в России,СПБ, 1903; е г о ж е, Петербургское училище глухонемых (1810—1910), СПБ, 1910; Членов Е., Глухонемые и их обучение в Западной Европе, М., 1897; Б О г д а н о в-Б ерезовский М., Положение глухонемых в России, СПБ, 1901; его же, Вспомогательные средства слуха, СПБ, 1913; Ш а-ф р а н о в а А., Педагоги глухонемых (Из опыта изучения труда работников просвещения), М., 1925; Вопросы воспитания слепых, глухонемых и умственно отсталых детей, под ред. JI. Выготского, М., 1924; Пути воспитания физически дефективного ребенка, под ред. С. Тизанова и П. Почакина, М., 1926; Умственная отсталость, слепота и глухонемота, под ред. Я. Гайлиса, Л. Занкова и С. Тизанова, М., 1927; Рау Н. и Ф., Букварь для глухонемых, изд. 5-е, М., 1926; Alexander G., Die Ohrenkrankheiten 1га Kindesalter (Hndb. der Klnderheiikunde, hrsg. v. M. Pfaundler u. A. Schlossmann, В. VII, Lpz., 1927, лит.); Taubstummheit (Hndb. der Hals-, Nasen- u. Ohrenhellkunde, hrsg. v. A. Denker u. O. Kahler, В. VIII, B.—Miinchen, 1927, лит.); Die Anatomie der Taubstummheit, hrsg. V. A. Denker, Lief. 1—8, Wiesbaden. 1904—11; Steurer O., Die Taubstummheit (Die Ohrenheilkunde der Gegenwart, hrsg. v. O. KOr-ner, В. XIII, Miinchen, печ.); Biihler K., Die gei-stige Entwicklung des Kindes, Jena, 1924; W a 1-t h e r E., Hndb. der Taubstnminenbildung, B., 1895; его же, Geschichte des Taubstummenbildungswesens, Lpz., 1882; Kmmerig E., Bilderatlas zur Geschich-te der Taubstummenbildung, Miinchen, 1927; Reu-sclert E., Die Gebtodensprache der Taubstummen, Lpz., 1909; Hoffmann H., Taubstumme vor (ie-richt, Eos, В. VIII, 1912; P a r r e 1 G. et Lamarque

G., Les sourds-muets, P., 1924; J о net R., Etude sur les sourds-muets, P., 1917; Giampletro E., De la responsabilitfe morale et criminelle des sourds-muets, Congrte international de mfedecine, v. XV, section 16, Lisbonne, 1906—07; Arnold Th., On the education of the deaf, L., 1901.

Периодические издания.—«Вестн. попечительства о глухонемых», СПБ, 1900—1917; «Вопросы дефектологии»,М.,с 1927;Organder Taubstummen-u. Blinden-anstalten in Deutschland, Kneel berg, 1855—1917; Blatter fur Taubstummenbildung, B., 1887—1902; Revue internat.de l’enseignement des sourds-muets, P.,, с 1885.

    name:
    send
ТАКЖЕ НА dao-med
f72e2aa373650d944c38b1c8ca875576 0467ccb0286829346e4d1560ef2b3c04 21de8b841f2edeacafb65f278dfd5f07